Это утро я решил посвятить ловле плотвы. Нашёл по первому льду место, где кроме мелких сорожек клевали и увесистые рыбины с рукавицу размером. И это на малой речке, у города, в двадцати минутах ходьбы от окраины. Успешность этого найденного места я объяснял тем, что сюда, в устье старицы, в густые заросли роголистника, забилась вся рыбёшка, которую гоняли азартные хищники. Первый лёд, как-никак. Самое время для ловли щуки, окуня, судака, берша.

Закончилось осеннее межсезонье. Тонким и прозрачным льдом схватываются вначале пруды, небольшие озёра, тихие заводи рек. А там и волжское водохранилище застывает во льду. Но видно, как по судовому ходу русла реки ещё идут баржи, груженные щебнем, плывут теплоходы, торопятся буксиры. К фарватеру пока не подойдёшь. Лёд тонкий и опасный. Значит, надо искать леща на широких плато между островами, на старых руслах рек, в ямных провалах, которыми стали бывшие овраги, затопленные пришедшей водой после образования водохранилища.

Я люблю рыбачить на живца в конце каждого сезона открытой воды. Ловить в этот период мирную рыбу не всегда легко: нужны тонкие оснастки, особенные подходы в закорме места, а еще не стоит забывать про поиск уловистой точки, который способен занять много времени, сократив и без того короткий световой день. А вот со щукой все просто... Она клюет почти везде.

Поздняя осень, ноябрь… Случалось, в это время уже стоял лёд на прудах. Иногда и на реках можно было ловить щучек на жерлицы. Правда, с оглядкой, тыча пешнёй в молодой лёд, толщина которого местами составляла не более четырёх сантиметров. Он трещал, прогибался, но держал, если не бегать по нему, а ходить скользящими шагами. Такая рыбалка больше напоминала эквилибристику на грани жизни и смерти. Но рыбацкая страсть брала своё, преобладала над страхом.

Выбраться за уклейкой меня заставила крайняя спиннинговая рыбалка. Проходя мимо одной из ямок на повороте реки, я заметил, что эта резвая рыбка «играет». Большое «облако» уклейки скопилось у самого берега. Убедился в этом, проведя блесну через стайку.

Я люблю ловить уклейку. Простые и легкие снасти, минимальное количество необходимых вещей, много поклевок и т. д. Правда, чаще всего рыбачу летом, когда крупные стаи активной уклеи сами себя выдают.

Раньше я часто ловил хищника на поплавочные снасти. Рыбачил в основном на озерах, подпитывающихся водой во время разлива рек, и старицах, которые щука обожает. К сожалению, в последнее время количество мест, пригодных для такой ловли, сильно сократилось. Заливные водоемы мелеют, поэтому приходится рыбачить на реках.

Ноябрь… Чего только ни было в прошедшем месяце. Налетали ветра, гнущие деревья, срывающие крыши на домах. И первый снег падал хлопьями, да так плотно, что поутру пришлось впервые в этом году чистить дорожку перед домом. А потом снег таял. И опять шуршал по крышам осенний дождь, сбиваясь на торопливый перестук.

Осень – время сырое, холодное. Шуршит на палых листьях дождь-моросяк. А то и снег хлопьями повалит, словно зимой. Ноябрь на дворе. Но для налима все эти тяготы и лишения – словно бальзам на его рыбью норвежскую душу. Почему – норвежскую? Так наш российский налим является близким родственником трески. Иноагент, словом. В сёстрах у него даже рыба путассу, которую так любят российские кошки. Ну, и мы – иногда, когда зарплата закончится. Непонятно, как налим оказался в наших речках-грязнушках, если все его родственники – рыбы морские?

Наверное, каждый рыболов хотя бы раз в жизни забывал какую-то снасть дома. Если не снасть, то запасные приманки, крючки, что-то ещё. Но бывают случаи, когда и сумка с зимними жерлицами остаётся дома или в машине, которая припаркована в деревне на берегу Волги. Именно в таком случае может пригодиться простейшая снасть, которой ловят щуку и крупного окуня местные мужики. Эти жерлицы они иногда не проверяют неделями, по обстоятельствам не преодолимой силы, так сказать...